«Хочется предостеречь начинающих духовных адептов не искушаться запредельностью видения Адвайты и кажущейся обманчивой легкостью, необязательностью духовного пути авадхутов и их свободным поведением.

Те наставления, которые здесь даны, касаются прежде всего недуального воззрения, той внутренне сияющей, недоступной для логики ума вершины, которой следует держаться в качестве основы, но они, конечно же, не отменяют необходимости очищения, опоры на методы и самодисциплины в поведении, ибо каждый искатель должен пройти свой путь».

Свами Вишнудевананда Гири

В XX в. традиция сиддхов Сахаджья возродилась в России и странах СНГ благодаря Свами Вишнудевананда Гири.

САХАДЖЬЯ – ПУТЬ ЕСТЕСТВЕННОГО СОСТОЯНИЯ УМА

Я выражаю почтение изначальному Гуру всех Гуру, тому, кто воплощает в себе трех богов и все великие истины Адвайты, царю всех авадхутов, повелителю всех йогов – Бхагавану Даттатрее, чей ослепительный духовный свет озаряет все человечество на протяжении многих тысячелетий, а также величайшему авадхуте махасиддху Гуру Шри Брахмананде.

 «Эта великая, неизменная сущность пребывает в сердце, подобно воде в кувшине, она всеведущая, свободная от бытия и небытия, от медитации и отсутствия медитации. Она вибрирует сверху и снизу и все же остается неизменной в своей сути. Сахаджья-таттва эротично играет, одновременно как личность и как не-личность. О деви, знающий эту таттву свободен от оков бытия».

«Кауладжнянанирнаятантра», гл. 17, 19–21

Сахаджаяна («колесница естественного пути») – широкое направление, появившееся в VIII веке, живое течение «прямого» пути, пути естественной свободы и спонтанности. Это учение сиддхов, зародившееся в индуизме и буддизме, оказавшее большое влияние на последователей Вишну и джайнистов. Многие западные исследователи (Георг Ферштайн и другие) считают, что Сахаджаяна появилась как реакция на засилье обрядово-ритуальной магической практики в тантре.

Сахаджаяна как школа мысли и практики, не располагает большим собранием собственных тантрических текстов, обширными комментариями к ним, так как учение Сахаджьи в большинстве случаев передается прямо, от сердца Учителя к ученику, и придавать большое значение философии противоречило бы ее же собственным принципам спонтанности и свободы.

Однако ее адепты оставляли после себя устные наставления (упадеши), запоминающиеся песни, известные как «дохи» и «чарья гиты», которые передавались устно и были популярны в Индии вплоть до XII века.

ВЕЛИКАЯ НАДЕЖДА

Сахаджамарга, Сахаджия, Сахаджья, Сахаджаяна, сахаджа-авастха, естественное состояние…

Как много значат эти слова для того, кто понимает их истинный смысл.

Это символ полной, безусловной, естественной и абсолютной свободы, той свободы, которую ищет каждое существо: кто-то в любви к семье, детям, кто-то в славе и богатстве, кто-то в служении своей стране, патриотизме, кто-то в эгоистичных удовольствиях и наслаждениях, кто-то в магических силах, кто-то в храмах, священных текстах и местах паломничества, а кто-то в занятиях йогой.

Но истинная свобода не в этом, она глубже – в природе нашего «Я», и она, одновременно, совсем рядом, не далее собственной ладони. Она так близко, что в нее трудно поверить; она так безыскусна, что ее трудно принять; она так запредельно шокирующа, что о ней невозможно думать или сказать что-либо. Это великая надежда на Освобождение в течение одной жизни.

Не каждый имеет заслугу встретиться с подобным учением и, тем более, понять его, ибо, как принято считать, нужно совершить множество аскетических подвигов и накопить множество заслуг в прошлых воплощениях, чтобы иметь возможность хотя бы прикоснуться к этому воистину выдающемуся, величайшему пути, на котором пути не существует.

Когда подобные учения слышат те, кто не обладает заслугой, они, как говорят сиддхи, «подобно овцам, дрожат от страха». Но истинные ученики («львята»), обладающие свободным, непредвзятым умом, «щерятся от радости».

Каждый зрелый искатель, мудрец, йогин, философ-джняни не может не танцевать от радости, услышав подобное учение, а если он еще не танцует, значит, его время пока не пришло, у него еще все впереди, ибо, как можно не танцевать от радости, встретившись прямо, лицом к лицу, со своей свободой, счастьем и Богом?

КОРНИ УЧЕНИЯ

Указать какой-то один конкретный источник учения невозможно, ибо вся ведическая Дхарма, все учения богов, все учения сиддхов буквально «пропитаны» этим путем. Но если говорить в общем, корни учения о естественном Пути (Сахаджьямарги) уходят вглубь древнейшей недуальной ведантической традиции риши, в числе которых самым известным и выдающимся является святой мудрец Васиштха, сын бога Брахмы. Именно смелое недвойственное воззрение древней, первоначальной Адвайты позволило возникнуть этому уникальному, спонтанному, всегда свежему и юному учению, подобно изысканному цветку, выделяющемуся своей красотой в саду разнообразных духовных течений и школ.

Во времена, когда наша вселенная только зарождалась, Брахма-творец создал помощников для созидания и развития этой вселенной: кумаров, риши, праджапати и божеств. Одним из риши, рожденных умом Брахмы сыновей (манасапутра), был мудрец Васиштха. Сам Абсолют, проявившись, как бог Шива, научил Васиштху великому пути Сахаджьи. Шива, явившись Васиштхе, дал наставления о природе Бога – недуальной Реальности за пределами имени и формы – и научил методам внутреннего поклонения за пределами методов, внешней обрядности ритуалов.

Шива сказал ему, что поклонение одной лишь форме без понимания того, что находится за пределами формы,годится для начинающих, но если кто-то желает истинного Пробуждения и познания Бога, ему надлежит идти дальше. Он научил Васиштху видеть Бога не как изображение на алтаре и не как статую в храме, но видеть его в своем сердце как бескрайний тончайший свет, не имеющий ни имени, ни формы, ни ограничений, идущих от ума.

Шива научил Васиштху, что этому Богу в форме недуального пространства безымянного, бесформенного света, можно невидимо и скрыто для других поклоняться в своем уме, естественно созерцая его каждую секунду, без усилий, внешних действий и методов.

 «Этому Богу невозможно поклоняться с помощью материальных подношений, а только собственным сознанием, не размахиванием светильников и не зажиганием душистых благовоний, не подношением цветов и даже не подношением пищи. Он достигается без малейшего усилия, ему поклоняются только созерцанием.

Надлежит оставить разделительные понятия: «это – я» и «это – не-я» и действительно, непосредственно понять, что все это воистину есть Брахман – единое, неделимое и бесконечное Сознание. В таком духе нужно поклоняться Высшему «Я».

Богу следует поклоняться путем всех наслаждений, которые испытывает тело: через пищу, питье, общение с другом или подругой. Богу следует поклоняться болезнями, которые на тебя обрушились, любым несчастьем или страданием, случающимся с тобой. Ему следует поклоняться всеми своими действиями, включая жизнь, смерть и любые сны.

Богу следует поклоняться своей бедностью, богатством, даже драками и спорами, так же, как и развлечениями, свободным времяпрепровождением и выражением любых эмоций. Ему следует поклоняться благородными качествами скромного сердца: дружбой, состраданием, радостью, бесстрастием».

«Йога Васиштха», гл. 6.4

Он научил Васиштху, что такое созерцание и что есть истинное поклонение, восхваляемое богами, которое должно соединяться со всеми аспектами жизни, с любыми действиями, независимо от их характера.

МЕСТО УЧЕНИЯ САХАДЖЬИ СРЕДИ ДРУГИХ ШКОЛ И ТЕЧЕНИЙ

Место учения Сахаджьи в структуре учений ведического и тантрического индуизма примерно то же, что и место школ дзогчена и махамудры в тибетском буддизме Ваджраяны. Эти школы традиционно являются завершением, сутью, апогеем, кульминацией, конечной ступенью, итогом всех колесниц. Более того, на этом уровне уходят всякие различия между школами, ибо держаться подобных различий означало бы упустить самую суть этого учения, которая заключается в том, чтобы смело преодолевать иллюзию многообразия и видеть единство во всем. Ведантическая истина «Все есть Абсолют» («Сарвам эва Брахман») приобретает здесь буквальное значение.  Воистину, принцип единства всех религий, принцип «все пути ведут к одному Богу», как нигде глубоко и непревзойденно реализован в учении Адвайты – Сахаджьи. Это не просто религиозный экуменизм, который встречается довольно часто, это истинная трансценденция всех «измов», когда они перестают иметь значение.

Течение Сахаджья, обладая потрясающим по силе духовным воздействием, затронуло буддизм, индуизм и джайнизм: песни-дохи составлялись на языках и наречиях, свойственных этим традициям. Наставники-адепты Сахаджьи, Сахаджаяны учили, что Реальность невозможно постичь, используя концептуальные, неестественные, умственные, моральные, логические и иные ограничения того или иного рода, накладывая их на осознавание – естественную недвойственную человеческую природу (Сахаджью), которая постигается через безусильное созерцание природы Ума за пределами логики и концепций. Вместо этого они настаивали, чтобы мы следовали тому, что наиболее естественно в нас (внутреннему осознаванию), были честными по отношению к собственной энергии, своему «Я». Их естественный, спонтанный подход – это способ пребывать в том, что уже исконно присуще нам, что является сущностью свободы.

Георг Ферштайн, известный западный академический исследователь восточных религий и философии йоги, в своей «Энциклопедии йоги» пишет:

 «Хотя последователи Сахаджьи пользовались большим уважением, их проповедь была слишком радикальной, чтобы оказаться верно понятой многими. Тем не менее, сам идеал спонтанности имеет непреходящую ценность для духовных искателей, ибо так легко бывает увлечься «борьбой за Просветление».

Дохи и чарья гиты сиддхов служат напоминанием того, что всякая «борьба за Просветление» без понимания естественной безусильности – есть эгоистичная деятельность, и, как таковая, ограничивает наше врожденное состояние совершенного блаженства».

Далее он пишет:

«Радикальный дух Сахаджаяны присутствует также в японском дзен-буддизме… Дзен, который называют «воплощением буддизма», подобно индийской Сахаджаяне, стал одним из радикальных течений внутри буддизма. Оба этих течения – прямое приложение принципа пустотности к повседневной жизни».

САХАДЖЬЯ И ЛАЙЯ-ЙОГА

Сказать о том, что традиция Сахаджьи имеет самое прямое отношение к учению Лайя йоги линии передачи Монастыря йоги «Собрание тайн», поскольку линия учения уходит корнями именно в традицию сиддхов-авадхутов Сахаджаяны, будет недостаточно. Сахаджья является сердечной сутью учения Лайя-йоги. Учение Лайя-йоги, лежащее в основе монастырской традиции, имеет свое внутреннее название «Путь трех свобод» именно в связи с тем, что оно целиком основано на подходе Сахаджьи.

Традиция Лайя-йоги, основанная на пути Сахаджьи, является уникальной в том смысле, что она формально не принадлежит ни к одной из известных ортодоксальных школ Веданты или Сиддханты, разновидностям тантризма (шактам, шайвам, вайшнавам), орденам сиддхов (натхов) и др. Тем не менее, учение Лайя-йоги является их основой, сердцем, апогеем, кульминацией, вбирающей сущность их всех. Более того, будучи ничем не ограниченной, эта традиция свободно выходит за рамки самой же себя, собственно, индуизма, и легко, без усилий, включает в себя воззрение святых любых традиций: от индуизма до буддизма, даосизма и христианства, взламывая концептуальные барьеры, горы из ярлыков, предубеждений и заблуждений.

Каждый святой, сиддх, кто и в поведении, а кто только в воззрении, но, обязательно, каждый в душе, следуют (иногда даже не думая и не подозревая об этом) великому пути Сахаджьи, Сахаджаяны, ибо, не следуя ему, невозможно перейти в «ранг» святых или сиддхов.

Брахма, Вишну и Шива с супругами, Бхагаван Даттатрея (воплощение трех богов), все натхи во главе с Матсиендранатхом, сиддхишайвы (последователи Шивы), шакты, преданные своим богиням, каулики, будды, архаты и тантрические буддийские махасиддхи, даосы, мастера дзен, последователи Нанака и Кабира – все они, в той или иной степени, следуют пути Сахаджьи, ибо Сахаджья – это не течение и не школа, это, прежде всего, мироощущение, состояние, уровень реализации, который есть в каждой школе или традиции как ее сердцевина, основа, внутренняя суть.

«Нет ничего ни выше, ни ниже меня, и нет ничего равного Мне. Для меня нет ни врагов, ни друзей. Как я могу говорить о чем-то, как о хорошем или как о плохом? По самой своей природе я блаженен и свободен».

«Авадхута Гита», гл. 4.7

ПУТЬ АВАДХУТЫ

Святой мудрец, утвердившийся в недвойственной Реальности вне всяких ограничений, именуется авадхутой.

Авадхута являет собой крайний тип отшельника (саньяси), совершенного лебедя (парамахамсы), который плывет по реке бесконечной жизни, не затрагиваясь ничем, кроме божественного.

Для авадхуты не важно, что он делает, говорит, где находится, а важно то, кто он есть, как он себя ощущает, что он созерцает, где находится его ум.

При этом, внешне авадхута может быть кем угодно: царем, монахом, благочестивым брахманом, отшельником, учителем, но это только его внешняя, видимая сторона души.

Авадхута выражает самые глубинные идеалы традиции мастеров «безумной мудрости». Санскритское слово «авадхута» буквально означает «отринувший», именуя того, кто оставил все заботы и тревоги, понятия, желания, что гнетут обычного смертного.

Понятие «авадхута» получило широкое распространение в нашу эру, в эпоху расцвета таких тантрических традиций, как буддизм Сахаджаяны, путь каула, путь натхов, шактизм и т.д. Святой авадхута, адепт пути Сахаджья, оставляет, как ненужный груз, все ограничения, чтобы просто быть с Богом, минуя мир и его страсти, минуя ум и его барьеры, оставаясь наедине с Абсолютом, с исконной Реальностью, чтобы пребывать в истинной Таковости вне ограничений, концепций, понятий и разделений.

Он становится свободным от всех ограничений, ибо весь мир – игра его ума, неотделимого от Бога.

«Когда йог достигает этого Всевышнего Атмана, он выходит за пределы предписаний и запретов, содержащихся в священных писаниях.

В ничего не разделяющем уме такого йога нет никакого представления о чистоте или нечистоте, и в нем не может возникнуть никакая плохая мысль. Для него разрешено все, что запрещено для других, потому что он – вне всяких правил».

«Авадхута Гита», гл. 2,39

Как здесь не вспомнить христианского святого блаженного Августина: «Возлюби Бога и делай, что хочешь».

Глупцы, пытающиеся понять, ограничить в своих представлениях авадхуту, наложив на него свои проекции, сталкиваются с бесчисленными парадоксами, когда бесконечность, играя, проявляется через конечную форму тела авадхуты и вводит в заблуждение окружающих силой своего очарования (майей).

Авадхута – это живой носитель парадоксального сознания, он может как раздавать благословения верующим и благочестивым, так и шокировать тех, кто привязан к имени и форме.

Каждая религия, школа, философская система имеет четко очерченные границы религиозной философии, этики, поведения, методологии ради того, чтобы быть понятной и приносить пользу другим в рамках этих границ, но когда реализована Сахаджья, естественная природа Реальности, это перестает быть актуальным, ибо лодка учения сделала свое дело – доставила на другой берег. Теперь можно идти на своих ногах.

 «Цель йогов невыразима, поскольку то, чего они достигают, не является объектом. Зная это, невозможно вообразить никакого конкретного пути йогинов».

«Авадхута Гита», гл. 2.28

Для святого мудреца на пути Сахаджьи мир подобен иллюзии, это проекция его «Я», здесь все становится неограниченным, естественным, спонтанным, самоосвобожденным, три свободы играют в теле, уме и пранах йогина.

Созерцание продолжается без усилий, все методы становятся игровыми, все концепции – самоосвобожденными в естественной природе осознавания.

 «Мы, авадхуты, совершенно безразличны ко всему, от следования религиозным предписаниям, до Освобождения. Ни привязанность, ни непривязанность не имеют ничего общего с нами. Только в воображении схоластов присутствуют такие представления».

«Авадхута Гита», гл. 7.14

Путь продолжается, но теперь это не путь человека, а игра, танец божества, он подобен порыву ветра, течению реки, полету облаков, пению ветра внутри полого бамбука.

Целью, идеалом на пути Сахаджьи является не просто становление святым мудрецом, духовным подвижником, а сиддхом-авадхутой, обладающим множеством тел, живущим во множестве реальностей и играющим с ними. Йогин, творящий новые вселенные подобно самому Брахме или самому богу Шиве, превзошедший все ограничения кармы, времени и пространства, тот, кто находится по ту сторону добра и зла, славы и поношения, по ту сторону от любых понятий, которые выдумывает обусловленный ум, является идеалом традиции Сахаджья.

Как правило, авадхута исповедует живую, «прямую» философию недвойственности в действии, в поведении, он играет в полной свободе от кармы, пребывая в созерцании вне концепций, за пределами философских теорий, доктринальных ограничений и слов.

В «Маханирванатантре» (гл. 8.11) говорится, что «сумасбродный» образ жизни авадхуты сопутствует кали-юге – нынешней темной эпохе, а образ жизни саньясина соответствовал предыдущей эпохе, когда устои Дхармы были еще крепки.

 «В период кали-юги требуются более действенные средства для Пробуждения людей ввиду их общей невосприимчивости к сакральной стороне жизни. Шоковая терапия «безумной мудрости» оказывается, посему, предпочтительней кроткого примера отрешившегося от мира аскета-саньясина».

Георг Ферштайн, современный исследователь йоги

Один из ранних текстов йоги «Сиддха сиддханта паддхати» содержит множество строк, описывающих авадхуту. В них говорится о его способности вживаться в любую роль, подобно тому, как хамелеон, меняя окраску, приспосабливается к любым условиям, порой он ведет себя подобно царю, а иногда – подобно аскету или нагому отшельнику.

 «Он, кто есть Всеобщее «Я», принимает по желанию бесчисленные формы и имеет бесчис-ленные переживания. В одном месте он ведет себя словно идиот, в другом – подобно ученому, в третьем – подобно обманутому майей.

И снова, в одном месте он движется словно человек мира, в другом – как царь, еще в другом – как нищий, питающийся с ладони из-за отсутствия чаши для подаяния. В одном месте он обожаем, в другом – хулим».

Шри Ади Шанкарачарья, «Вивека Чудамани»

Авадхута (кроме, разумеется, своего Гуру в период ученичества) никому и ничем не обязан на внешнем уровне, он не обязан соответствовать чьим-либо
иллюзорным представлениям о благочестии, праведности, Дхарме, «правильном», чьим-то канонам, застывшим идеям, ибо все это – сны разума крепко спящих в сансаре людей.

Тем не менее, он приносит величайшую пользу и благо человечеству одним фактом своего существования, само его присутствие светом, исходящим от него, благословляет людей и богов.

Шри Гуру Свами Вишнудевананда Гири

.

Order Advaita © 2022. All Rights Reserved.